Ситуацию в банковском секторе
– Как правильно называть то, что происходит сейчас в банковском секторе: системный кризис, психоз, кризис доверия?
– Если выбирать из предложенных вариантов, то это больше кризис доверия, причем доверия к отдельным банкам, а не к системе в целом. Потому что системный кризис, насколько известно, это то, что останавливает систему, а этого не происходит и не произойдет. На рынке достаточно ликвидности, процентные ставки на межбанковском рынке – очень чувствительный показатель – хоть и выросли, но все еще находятся в пределах разумного. Я не вижу признаков системного кризиса. Есть кризис у отдельных банков.
– Однако некоторой неожиданностью оказалось то, что проблемы возникли не только у некоторых мелких и средних банков, чья устойчивость, или, как выражаются рейтинговые агентства, финансовая сила, невелика. Среди банков, упоминаемых в связи с кризисом, есть и крупные из самой верхней части российских банковских рейтингов.
– Конечно, это всегда плохо, когда большой банк начинает вдруг испытывать трудности. Но с другой стороны, не которые большие банки, очень профессионально действует в сложившихся условиях. Видно, во-первых, их команды очевидно хорошо подготовлены. Во-вторых, принципиальной в таких ситуациях является позиция акционеров, их готовность или не готовность подстраховать банк своими ресурсами из других своих бизнесов.
– Некоторые банки ввели очень большие комиссионные за досрочный отзыв депозитов в расчете на то, что рациональные соображения окажутся более сильными, чем панические. Но с другой стороны, некоторые особо нервные или недоверчивые клиенты могут, наоборот, решить, что лучше потерять 10% вклада, чем рисковать всеми деньгами.
– Трудно со стопроцентной гарантией предугадать поведение вкладчиков. Оба описанных варианта вполне вероятны, и в этом как раз трудность ситуации. Проблема еще и в том, что, как я понимаю, все вспоминают о 1998 годе. Большинство вкладчиков не анализирует макроэкономическую ситуацию, не сравнивает ее нынешние параметры с 98-м годом. Они только помнят, что тогда их обманули, и это очень сильное эмоциональное давление. Клиенты нашего банка, который никогда не давал им повода волноваться, даже в августе 98-го, начали увеличивать свои позиции по наличным.
- А люди с улицы снова, кажется, обратились к наличному доллару как средству страхования своих домашних ресурсов. В последние дни доллар заметно подорожал. Долгие годы после войны в нашей стране существовало такое понятие “военные товары”. Это те вещи, которые люди покупали в любой кризисной ситуации: соль, спички, керосин. В современной России доллар стал таким “военным товаром”, хотя в последние несколько лет стало казаться, что он утрачивает эти свои специфические позиции.
– Обращение к иностранной валюте -почти инстинктивное действие людей в условиях возникновения какой-либо тревоги на финансовых рынках. Это стандартный не только для России способ подстраховаться. Второе, что спровоцировало рост курса доллара, – снижение требований Центрального банка к размеру фонда обязательного резервирования. То есть у банков появились дополнительные рубли, и они обратили их на валютный рынок. Это уже не эмоциональное, а рациональное поведение.
- Как долго будет продолжаться эта проблемная ситуация?
– Многие помнят банковский кризис 1995 года и говорят, что он спровоцировал кризис 1998 года. Насколько я понимаю, нынешняя ситуация, так, как она развивается, не может спровоцировать ничего подобного. Меры, которые принимает ЦБ, вполне адекватны. Банки, волей-неволей вовлеченные в эту историю, в большинстве своем действуют тоже достаточно профессионально. Но в любом случае у этого “полукризиса”, или кризиса доверия, будут свои последствия. Одно из них – увеличение количества слияний и поглощений в банковском секторе. Правительство поддерживает такое развитие событий, однако действующие на этот счет правила неоправданно сложны и не способствуют этому в целом положительному процессу. Если же слияние проходит долго, то тогда оно теряет всякий смысл, так как за это время могут разбежаться все клиенты.